Visa MasterCard WebMoney

Наталья Diaz Гусенцова

Коучинг и Психотерапия — две стороны одной медали!

Сериал «Без свидетелей»: перенос и контрперенос

Впервые термин контрперенос (контртрансфер) встречается в статье «Пути психоаналитической терапии» (1910) З. Фрейда, где он определяет контрперенос как ответную эмоциональную реакцию аналитика на пациента, возникающую в результате воздействий, которые анализируемый оказывает на бессознательные чувства врача. Фрейд говорит о контрпереносе как о препятствии, которое необходимо устранить.

Чувства аналитика считались патологией, поэтому в работе «Советы врачу, практикующему психоаналитическую терапию» (1912) он предлагает дедактический анализ для контроля переноса или «слепого пятна». Эта ситуация продолжалась до середины двадцатого столетия.

В 1950 году в статье «О контртрансфере» П. Хайман говорит, что контртрансферные чувства нормальны и неизбежны. Аналитик должен принять их, в то же время, не обсуждая их с клиентом, использовать как инструмент для понимания внутреннего мира пациента. За этой статьей последовали другие, которые изменили статус контрпереноса с негативного на позитивный и сделали его еще одним аналитическим инструментом.

Контрперенос находится во взаимосвязи с таким психическим явлением как перенос анализанта, который, собственно, и вызывает контрпереносные чувства аналитика. В традиционном понимании «перенос» определяется как особое психическое явление (процесс), при котором анализант направляет на аналитика чувства, фантазии и т.д., которые он испытывал по отношению к значимым фигурам из прошлого [2].

Так же существует такое понятие как субъективный контрперенос или собственный перенос аналитика. Анализант в свою очередь может испытывать ответные реактивные чувства. То есть как аналитик, так и анализант в один момент времени могут чувствовать, как перенос, так и контрперенос, блуждая каждый в лабиринтах как своего, так и чужого разума. Это еще одна причина для прохождения аналитиком своего личного анализа, ведь в подобном переплетении невидимых субстанций сможет разобраться только профессионал, который имеет опыт понимания, где его чувства и где нет, где его история, а где эта история ему бессознательно навязывается.

Чтобы более подробно и предметно разобраться с этими интересными взаимосвязанными психическими процессами, мы предлагаем разобрать одну из терапевтических линий в работе психотерапевта в российском сериале о психотерапии «Без свидетелей».

870Александр, 35 лет, врач, причина появления на консультациях – периодическая мигрень. Органических поражений головного мозга нет. На момент начала сериала посещает психотерапевта около месяца. На консультации он признается Татьяне (психотерапевту) в любви, и она интерпретирует это как эротический перенос (перенос на аналитика конкретно чувства любви к значимой фигуре детства).

В ходе сериала нам становится известно, что у Александра умер папа, когда ему было 15 лет. После этого мама оказалась в депрессии, перестала обращать внимание на сына, заботиться о нем. Очевидно, что это стало травматической ситуацией для него, которая отразилась на всей его жизни. Его спас сначала дядя, забравший подростка на лето к себе, а затем тетя, которая развелась с его дядей и временно приехала жить к сестре. Мало того, что она привела маму Александра в чувства, между ними начались настоящие романтические отношения, несмотря на то, что она была старше его на 12 лет.

В связи с этим в терапию он принес внутриличностный конфликт: желание любить маму и в то же время страх. Он проявляется как замена чувств к женщинам, близким по возрасту, сексуальной близостью и проявления любви к женщинам намного старше и «недоступнее» (любовь к своему психотерапевту или перенос). Татьяна чувствует ответное влечение (контрперенос), тем более, что анализант очень настырный, а в её личной жизни в данный момент происходит кризис: отношения с мужем совсем охладели, и он нашел любовницу.

Как дополнение, она испытывает страх и сомнения, о чём нам говорят все её разговоры с её собственным аналитиком. Нарушение этического кодекса, уход из профессии – это то малое, чем она расплатиться, если пойдет на поводу у своих чувств.

Так же существует и обратная пара психических процессов. У Татьяны есть очевидный пробел в индивидуальном анализе. В своё время, когда ей было 15 лет, её мама, хирург-кардиолог, рассталась с папой и вышла замуж второй раз за своего бывшего пациента. Очевидно, что это было травматично для Татьяны, и она испытывала целую плеяду негативных чувств. Папа казался ей безропотной жертвой (в противовес ему, как она говорила, она выбрала своего мужа), а поступок мамы она осуждала (в связи с чем поняла для себя, что такой ситуации в своей собственной жизни она не хочет).

Так как отрицая ситуацию еще никому не удавалось с ней справиться, сейчас, в своих отношениях с Александром она четко переживала её заново: она «влюбляется» в своего анализанта. При этом анализант – это в тоже время папа-жертва («кабелина, недокормленный грудью», как сказал её муж), и союз с ним – это реализация детской фантазии о том, что мам бросает своего мужа (как Татьяна бросает своего) и восстанавливает прежний союз с первым мужем – её папой – это её перенос: все те же любовь и страх. Этот «непроработанный» на личном анализе процесс и не дает ей сохранить профессиональную позицию, и она поддается соблазну (из-за своего субъективного контрпереноса она пропускает контрпереносные чувства в ответ на влюбленность Александра). При этом сомнения её так и не оставляют, что в итоге отталкивает как Александра от неё, так и её саму от него.

Александр же, в качестве контрпереносных чувств, испытывает как влечение, многократно усиливающееся, так и отвержение: как ею себя, так собой её. Даже когда они перестают работать как психотерапевт и пациент, его не оставляет ощущение, что что-то не так, не искренне и фальшиво.

Поразительна противоречивость происходящего: вихрь переплетенных вместе любви и страха, который ослепил обоих. И если Александру это простительно, так как он является обычным человеком, который пришел за помощью и доверился профессионалу, то Татьяна явно проявляет не профессионализм как специалист, который во-первых: сам является недостаточно проанализированным в своих проблемах и находится в иллюзии своей правоты, и во-вторых:  не готов прислушаться к мнению не включенного в ситуацию человека (профессионала, её аналитика), который ей указывает на её неготовность работать с этим клиентом и предлагает ей найти ему другого психотерапевта.

В итоге ей все-таки удаётся пару раз навести Александра на полезные для него мысли и действия: в начале терапии это получается с помощью анализа переноса и контрпереноса, их интерпритации.  Под конец их работы отношения становятся диффузными: уже не клиент, но еще не любовник (терапия закончилась, но как мы знаем «бывших» клиентов не бывает, об этом ей напоминает и её аналитик).

О потере позиции психотерапевта (хотя она и говорит о том, что является психолог, стиль её общения с клиентами напоминает терапевтический, и мы делаем вывод, что она игнорирует психотерапевтическую позицию только «de iure») говорит и то, что она начинает давать Александру советы, основанные на личном болезненном опыте.

Красной лентой на протяжении всей истории проходит еще один, возможно более глубокий, сценарий.

Как мы понимаем из сюжета, Татьяна не является психотерапевтом, который безусловно принимает свою профессию. Когда ситуация с Александром накаляется до предела, и она уже не может контролировать свои чувства, последний маячок, которым является страх ухода из профессии, тоже гаснет. Она сама признается, что оставит её, если это понадобится. И тут мы начинаем понимать, что вообще-то уход из профессии – это как раз то, что ей нужно и Александр, как «любимый» пациент, так же является возможным предлогом для этого. Всплывают факты о том, что он далеко не первый, кого она бессознательно хотела использовать для этой цели.

Сначала это её учитель (действующий её аналитик), который был профессором на кафедре, где она числилась аспиранткой. Она обвиняла его в том, что осталась без его защиты перед лицом критикующих опытных коллег. Тогда все-таки не было достаточных сильных оснований для прекращения психологической деятельности.

Тогда она выбирает себе мужа, «из-за которого ей приходится» уйти из аспирантуры и который в дальнейшем, на протяжении всей жизни, неуважительно отзывается о ее деятельности. Его слова постоянно пропитаны иронией и сарказмом. Вроде бы мотивация более сильная, но и тут Татьяна не видит связи со своими бессознательными мотивами.

И, тогда, появляется Александр. Связь с ним уже точно безоговорочно выведет её из профессии, ведь нарушение этического кодекса навсегда закроет ей дорогу к серьезной профессиональной самореализации. Да и на приеме у аналитика она высказывает свои сомнения в том, что она вообще способна кому-либо помочь.

Почему вообще существует это бессознательное стремление ухода, которое навязчивым повторением, каждый раз усиливаясь все больше и больше, в итоге приводит её на край бездны, можно только догадываться. Возможно, это то же отрицание материнского поступка (её второго замужества), а ведь она была врачом, специалистом помогающей профессии, как и сама Татьяна. Поэтому, Татьяна и стремиться реализовать свое отвержение материнской фигуры через разрыв этой связи с ней.

В любом случае, как результат этой внутренней тенденции, сомнения Александра усиливаются. Фиктивность и неправдоподобность ситуации еще больше проявляются. Все это, в итоге, приводит к весьма предсказуемому финалу – они расстаются. От Татьяны уходит и муж, который так же чувствует неестественность всего происходящего, а так же, её аналитик прекращает сеансы с ней. Все трое мужчин уходят из её жизни, как в своё время ушел из неё папа.

На момент окончания сериала её внутренние противоречия так и остаются с ней, вытесняя из её жизни то важное, что в ней иллюзорно присутствовало. Это неминуемый финал для любого из нас, кто не видит или не хочет видеть тех уроков, которые нам предлагает жизнь и учиться на них: остаться «у разбитого корыта».

И это прекрасно. Теперь ей придется иметь дело с целым «снежным комом» проблем, который образовался за все эти годы ухода от своей реальности в реальности своих пациентов. Теперь ей придется сознательно разруливать те проблемы, которые неосознанно давали о себе знать на протяжении долгого времени. Теперь ей придется разрушить старое (или оно разрушит её уже до основания) и прийти к новому пониманию, осознания, принятию.

Но в любом случае, независимо от принятых ею решений в будущем, её ждет новая жизнь.

Гусенцова Наталья

Комментировать